История топа БТА: Аблязов «сливал» своих подельников

Среди многочисленной толпы аблязовских исполнителей особое место занимает Жаксылык Жаримбетов. Сбежав в Лондон, он не метал копья в ворота Акорды, не светился в СМИ, в отличие от Солодченко, не говоря уже о самом Аблязове. Однако без поддержки Жаримбетова вся афера по БТА была бы не возможна. Он прошелся по этому делу как медведь по тайге. Будучи председателем кредитного комитета БТА он своими руками открыл кран, через который за год с небольшим из банка утекло более 5 миллиардов долларов.

Когда в конце 2008 года стало ясно, что банкет подходит к концу, он переселился в Лондон. Заранее обзавелся недвижимостью в британской столице. По совету и при помощи связей Аблязова получил два поддельных паспорта. Один на имя гражданина Центральноафриканской республики, другой – Кыргызстана. То есть все как у самого Аблязова.

Первое время в Лондоне Аблязов старался сохранить корпоративную структуру в отношениях с другими банкирами, бежавшими вместе с ним. Пытался привлечь подельника к «оппозиционной деятельности» – выступать на телеканале «К плюс» с разоблачениями режима. Объяснял, какие привилегии обеспечивает роль оппозиционера в изгнании. Солодченко, запуганный страхом перед казахстанскими спецслужбами, поддался уговорам и включился в борьбу.

Жаримбетов не стал плевать в колодец, возможно, в будущем из него еще предстоит напиться.

Постепенно лондонская корпорация «Аблязов и Ко» начала разваливаться, окончательно исчезнув в 2012 году после бегства Аблязова и его триумфального фиаско в тамошних судах по искам БТА. Во время судебного процесса Аблязов все стрелки переводил на Жаримбетова, как на главу кредитного комитета, чья подпись стояла под документами о выделении заведомо безвозвратных кредитов. Как результат, отношения между партнерами испортились и Жаримбетов понял: Аблязов ведет свою игру, надеяться на него не стоит. Поэтому, когда рассматривался аналогичный иск банка к самому Жаримбетову, тот дал показания против Аблязова.

Громко хлопнув дверью, стороны разбежались кто куда, причем буквально – Аблязов сбежал во Францию, Жаримбетов направился к посольству Казахстана.

Примерно в начале 2013 года он пошел на контакт с казахстанской стороной. Переговоры о его возвращении шли несколько лет. Жаримбетов торговался, требовал гарантий. Апеллировал к тому, что отошел от Аблязова и подельников, не поливал грязью Казахстан, целенаправленно шел к возвращению на Родину, готов компенсировать нанесенный БТА ущерб. Стороны долго шли к компромиссу, ускорило процесс неожиданное освобождение из французской тюрьмы Аблязова.

Отправившись на турецкий берег в минувшем январе по поддельному паспорту, Жаримбетов получил какие-то гарантии судебных уступок в отношении своей фигуры в обмен на деятельное раскаяние. Далее последовала экстрадиция в Казахстан просто потому, что паспорт, по которому он пересек турецкую границу, был поддельный.
В этот момент Аблязов осознал заложенный в показаниях Жаримбетова громадный потенциал опасности. Не успел Жаримбетов еще вылететь из Турции в Казахстан, как супруге Жаримбетова уже стали названивать Аблязов и руководитель фонда «Открытый диалог» Людмила Козловская.

Не секрет, что деятельность фонда финансируется структурами Аблязова. Вся остальная «правозащитная деятельность» фонда лишь ширма для объяснений столь широких финансовых возможностей. Цель фонда – дискредитация Казахстана в Европе и лоббирование интересов Аблязова.

Именно Людмила Козловская разработала текст «слезного письма» Акмарал Жаримбетовой о похищении мужа, вынудила ее подписать его и отправить на почту фонда. Дальнейшая пиар-кампания развивалась на накатанному сценарию – истеричный информационный шум «Открытого диалога», синхронизированные с ним стоны казахстанских общественников прикормленных Аблязовым и так далее.

Уже после пресс-конференции Жаримбетова, на которой он заявил, что его никто не похищал, «Открытый диалог» вновь размещает свой расширенный анализ судьбы возвратившихся в Казахстан менеджеров банка. Факты подобраны таким образом, что оставшиеся банковские клерки никогда не согласились бы вернуться и сотрудничать со следствием. То есть Аблязов ставит на страх. В 2009 году с помощью страха он заставил людей сняться насиженных мест.

А теперь пытается помешать их возвращению.